Дунаев

Фотограф Андрей Шапран

В стране не так много мест и людей, которые своими силами, не считаясь со временем и обстоятельствами, за свой счет и только благодаря своему упорству, строят и устанавливают памятники. Чукотские поселки Рыркайпий, Биллингс и закрытый и размороженный Шмидт могут похвастаться таким количеством монументальных произведений на единицу площади,которое нигде на Крайнем Севере не встретишь. А с учетом «географии» героев и образов, запечатленных в монументах: англичане, американцы, французы, швед – в Арктике представлена целая коллекция исторических персонажей. Автор и исполнитель всех невероятных произведений на севере Чукотки один: авиадиспетчер в аэропорту на мысе Шмидта.

Дунаев рассказал: в 77м году на льдине с товарищем доплывал до ледокола, стоящего под разгрузкой, привязывал к корабельному канату бутылку водки, моряки затягивали водку на корабль, а в это время пограничники с берега кричали: «Немедленно вернитесь обратно! Вы нарушаете государственную границу!». И хотя «государственная граница» была на расстоянии 12 миль от берега, по возвращении на «родину» ему приходилось закладывать руки за спину и в сопровождении пограничника следовать в милицию.

Милиция нарушителя границы отпускала.

Побережье на мысе Шмидта — наши дни

С детства молодой Дунаев хотел стать летчиком: три раза поступал в летное училище и три раза ничего у него не получалось —денег не было, а надо было 500 рублей заплатить за поступление. И тогда, может быть, он бы был хорошим летчиком, может быть плохим, а может быть разбился. Точно сказать Дунаев не может. Летчиком он стать очень хотел, потому что два брата у его родного отца были военными пилотами на Халхин Голе, там и погибли. Он с детства занимался авиамоделизмом и к авиации его все время тянуло.


В конечном итоге Дунаев поступил, но только не в летное училище, а там, где готовили и выпускали авиадиспетчеров. 
По окончании училища случилась неприятность — но это была не банальная студенческая пьянка, а драка «за справедливость». Висела угроза отчисления, но училище все же окончить ему разрешили. К тому времени Дунаев отслужил в армии, имел звание старшины.

На Чукотку молодой Юрий Дунаев попал из-за хлопка и любви к географии и истории – родился и вырос в Таджикистане, юношей поехал учиться в Узбекистан. Еще в училище ставил рекорды: за три часа мог собрать собственноручно 120 килограммов свеклы. Со свеклой проблем не было. Но собрать 120 килограммов хлопка за целый день – хоть убейте не мог. И в тот момент, когда стоял выбор -- отправиться ли после училища по распределению обратно в Узбекистан (это было непременное условие для советского периода), Дунаев свое право выбора отстоял, или что точнее:  купил за шесть бутылок вина (вино приобрел на стипендию (шесть рублей) – три бутылки вина, обошлись в три рубля пятнадцать копеек, то есть, он тогда еще и сэкономил, и узбекскому «покупателю», приехавшему за Дунаевым, это вино на стол и поставил. Узбеки отпустили молодого Дунаева на все четыре стороны.

Юрий Дунаев в своей квартире в Рыркайпии

Перед молодым авиадиспетчером стал выбор, куда же действительно отправляться? 
И Дунаев побежал искать других представителей. Первым попался «покупатель» из Тюмени — куда его сразу же записали, как возможного претендента. Предпоследним в его списке значился Сахалин, а последним, как в песне поется, «в красной рубашоночке – хорошенький такой», прошел человек по плацу «с самого Магадана…». Где находится Магадан, начинающий авиадиспетчер тогда еще не знал. Проблему помогла решить карта, висевшая в кабинете географии: Магадан оказался на Крайнем Севере, а не на юге, там, где рос хлопок. 

Дунаев признается: «Я тогда от хлопка бежал: двадцать лет я собирал этот хлопок, и он мне надоел!»

И с Магадана началась его профессиональная карьера: сначала ему прислали бумагу — распределение «на мыс Шмидта». Но где этот мыс Шмидта? — Дунаев тоже не знал. И снова отправился к карте, а «на карте этих «мыс Шмидта» четыре штуки оказалось!». На какой мыс Шмидта он тогда попал, Дунаев так и не понял.

Мечту о летной жизни молодой человек на Севере не оставил — в армии был радистом, и в чукотском Певеке стал обучаться работе на радиостанции на «ИЛ-14». Такое совпадение — певекский авиационный экипаж, летавший на аналогичном самолете, разбился на Шантарских островах. И «ИЛ-14» стали убирать из авиации. Дунаев решил переквалифицироваться радистом на «АН-12». Но разбивается и «АН-12». Потом был «МИ 26», но и у вертолета оказалась несчастливая судьба. 

К тому времени радистов из авиации стали убирать.
 

Чукотка, Рыркайпий


Мы сидим в его чукотской квартире в селе Рыркайпии и три часа говорим «о жизни». Вся «летная» карьера Юрия Дунаева прошла на соседнем Шмидте, там, где в 34-м году была построена первая посадочная полоса.

— Сейчас мы находимся с тобой и беседуем в западном полушарии. Россияне об этом не знают. Когда построил свой «180-й меридиан» приехал в Москву — какие-то ребята прислали заметку об этом знаке. В-о-от такая малюсенькая заметочка (показывает пальцами). Но для чего это делалось? Для того, чтобы россияне знали свою историю и географию!
Свои памятники и знаки я всегда ставлю ночью. В условиях полярного дня, ночью, такая возможность есть. Люди просыпаются, идут на работу: «Бл-дь, еще один какую-то х-ю поставил!» Но потом подходят – смотрят, иногда благодарят, фотографируются.
180-й меридиан я же ставил при Советском Союзе, тогда же покрасил, и меня вызвали в райком партии. «Где ты нашел этот 180-й меридиан? Что ты за памятник такой поставил – сто восемьдесят ГРАММ?!» 

Это был первый вопрос. 

Второй — почему покрашен непонятными цветами — белый — красный — синий? Что это за триколор? 
Я отвечаю – «это российские цвета, наша история: Петр 1, Екатерина и все такое — с них все начиналось». 
«А почему не красный цвет?» «Красный будет теряться на наших просторах». 

Первый секретарь райкома говорит: «А где ты видел такой цвет у российского флага? Положи партийный билет!».
«Да, я, — говорю, — не партийный: комсомольцем был, октябренком был, партийным никогда». Вот до такой глупости доходило.

«Где ты нашел этот 180-й меридиан? Что ты за памятник такой поставил – сто восемьдесят ГРАММ?!»

180-й меридиан
180-й меридиан

Между тем до установки знака надо было определиться с местонахождением границы меридиана. Для отметки условного прохождения меридиана были задействованы ледоколы — договорился с капитанами «Арктика», «Ермак», с экипажем самолета ИЛ 14, ив назначенный день ледоколы встали на якорь в условной точке прохождения меридиана, а ИЛ 14 загрузили огнетушителями с засыпанным вовнутрь песком, и отправили в полет. ИЛ 14 сделал три захода со стороны моря. Пролетая над ледоколами, сбрасывал по два огнетушителя в море. Во время третьего захода было определено точное прохождение меридиана: огнетушители, как торпеды, вылетали с моря на берег и оставляли за собой след на песке. 

Однако поставить стелу пришлось несколько в стороне, поскольку в «настоящей» точке сплошное болото и тундра, и памятник никто и никогда не увидит. А так он находится на развилке двух дорог — зимника и летника. 

Памятник Джеймсу Куку на мысе Шмидта

Англичане прислали свое изображение – Кук был похож на главу нашей администрации – вот такой вот (показывает изображение в профиль). Таким я его и слепил 

Джеймс Кук на Чукотке

«История! Историю из россиян практически никто не знает. Тем более, когда говорят про Чукотку —  говорят —  это Магадан, Колыма. Нет! Чукотка —  это Чукотка. В 85-м году мы отделились от Магаданской области, и Чукотка стала самостоятельным автономным округом. Телеведущему задают вопрос —  где находится Восточно-Сибирское море? Ведущий отвечает —  где-то возле Сирии…Если профессионал не знает элементарных вещей, что говорить о других?! А Восточно-Сибирское море находится у нас —  в России. И я знаю историю своего района и этой информацией делюсь с окружающими».

— А Кук откуда на Чукотке взялся?

— Кто такой Джеймс Кук? Мы знаем по песне Владимира Высоцкого — «аборигены съели Кука», а оказывается — он прошел через Берингов пролив, обогнув мыс Дежнева, и направился по Чукотскому морю вдоль побережья открывать новые земли. Доплыв до утесов Кожевникова и Вебера, был зажат льдами, но благодаря сильному ветру, освободился из ледового плена. Дальше Кук не стал рисковать, и отправился домой. И получилось так, что Джеймс Кук первым проложил северный морской путь с обратной стороны — от Аляски до Мурманска и далее до Англии. На Чукотке он открыл землю и назвал ее Северным мысом, и по всем картам России и картам планеты — это земля называется Северным мысом и находится тоже здесь — на северном побережье Чукотки.

Кука я делал по советской энциклопедии. Англичане прислали свое изображение — Кук был похож на главу нашей администрации — вот такой вот (показывает изображение в профиль). Таким я его и слепил. Я его сделал из цемента, плюс камень и песок. Я не скульптор, но в образ попал — мой Кук похож и на главу администрации, и на то изображение, которое прислали англичане.

— То есть — вы не побоялись рискнуть?

— А что бояться — рисковать? Дело же делать надо! Вот я его и слепил. Один подошел — сказал, что щека слишком большая, другой подошел — со звездой что-то не то.

Главное препятствие было — не знал пропорций необходимых, для застывания цемента. Цементную массу месишь — она похожа на пластилин. Если только за две минуты что-то не успел прилепить — цемент тут же застывает. Зубилом отбиваешь, месишь по-новому. Наши военные дали присыпку — добавляешь и ее в эту массу, и она затвердевает.
Вот так и налепил. В голове на шляпе сделал бугорочек — и через год два ворона свили гнездо. Дети рассказывали позже — дите родилось, — смеется, но я не видел, не знаю, улетел в отпуск в это время.

Джеймс Кук на фоне замороженного мыса Шмидта

Куку-памятнику повезло и ему ничего не отломали: пока был жив поселок Шмидт, приезжали свадьбы, фотографировались. Но был один минус — дети раскачивались на цепях в виде декораций ограждений и ломали их. Второй минус — пушки Дунаева–Кука стреляли первое время. Надо было только засыпать порох, ядром служили подшипники: поджигаешь, и пушка стреляет! Но молодежь один раз сделала по своему: засыпала в пушку песок и гальку для пущего эффекта, и пушки стрелять перестали.

Декоративные эти орудия сделаны из зимних стоек «АН 2», которые поддерживали самолеты при ремонте. Они и выглядят как старинные пушки. Сам Кук — его основание, собран из снежных лопат от грейдера. Дунаев три лопаты взял на складе у военных, сварил их вместе, закрепил цепями — достаточно простая конструкция. Плюс якоря весом в тонну. Медный колокол Дунаев — скульптор нашел на берегу.

— Как реагируют иностранцы на Кука, когда попадают на Чукотку?

— Удивляются, что на нашей территории установлен памятник англичанину, который открыл российские земли, спрашивают – откуда я знаю о Куке?

— А откуда вы знаете?
Дунаев разводит руками — «Энциклопедия!».
 

Каждый на моем пути обязательно остановится и скажет: «спиз-л!»

Мандат на воровство


"Вот, объясни русскому человеку: беру ржавую трубу, ты сам видел -- сколько металлолома валяется на Шмидте, и я тащу эту трубу, но каждый на моем пути обязательно остановится и скажет: «спиз-л!»


И я пошел к главе местной администрации и попросил, чтобы мне выдали бумагу, которая позволяла бы брать на свалках все, что требовалось для моего созидательного строительства. И мне выдали – мандат. Но в нашем государстве – возьмешь трубу – и все равно: мандат - не мандат, разрешение - не разрешение -- раз тащишь трубу , встречается Гришка, Мишка, Машка, Ольга и все - все остальные: «Снова спиз-л че-то?!»

И ты попробуй русскому человеку объяснить, что это не так!  В ответ все тоже: «Не пи-ди! Спиз-л!»

Юрий Дунаев в Рыркайпии

Всем миром

— Я один все свои памятники сделать не смог бы. Просил о помощи разных друзей, и они приносили материал, помогали варить металл, подвезти, поставить. И в прежние времена и тем более теперь — строить можно на Чукотке все, что только душа пожелает — материал валяется кругом. Все необходимое нахожу на помойках, но даже в этих случаях, всегда спрашиваю разрешение, если захожу на чью-то территорию.

Чтобы не так стыдно было — объявлял конкурс через местную нашу газету, которая в прежние годы существовала на Шмидте «Огни Арктики». И всю дорогу райком партии выигрывал первые места на этом конкурсе, потому что у них работали в то время профессиональные архитекторы, строители и гидрографы. Но на официальном уровне ничего толком не делалось, и свои памятники я устанавливал каждый раз собственноручно, без поддержки чиновников и архитекторов.

Юрий Дунаев в Рыркайпии

"Коса двух пилотов"

«Коса двух пилотов»

«КОСА ДВУХ ПИЛОТОВ»

В России сегодня нет ни одного памятника — ни американцам, ни англичанам, ни шведам, ни французам. Но на Чукотке памятники иностранным гражданам этих государств только я и устанавливаю. К нам на Шмидт прилетели немцы, потом прилетели англичане, потом прилетели американцы, и я, не владея ни одним иностранным языком, обратился к ним: «хочу изготовить и установить памятник». Смотрю — на лицах приятные улыбки появились.

«Получится или не получится, но я бы очень хотел. Надо написать: «Коса двух пилотов» на английском языке и без ошибок, потому что исправить надпись потом будет очень трудно». И они мне написали. 

А памятник установлен в честь двух американских пилотов, которые погибли в 1929-м году. В Советское же время в 1930-м году советским правительством место это было названо «Косой двух пилотов» в честь американских летчиков. Парадокс? Парадокс. Но такое было время и такая власть.

В изображении памятника можно прочесть: три вертикальные балки покрашены в Российский флаг, внутри российского флага изображен американский флаг. На конусе изображение горящей свечи, внутри нее – колокол, который при скорости ветра 5-10 метров в секунду – начинает звонить на ветру (наши рыбаки в сильный туман выходили на звон этого колокола в поселок, то есть спасались).
У военных был кран — на рельсах ездил, там, где бетонный завод стоял, мешали бетон и дома строили. Кран был сваленный, и вот этот кран теперь здесь стоит. Поднимали мы его при помощи погрузчика, машину взяли у старателей.

Я поспорил с райкомом партии, со знающим архитектором, на ящик коньяка, что кран у меня не упадет

Но у истории было продолжение: я поспорил с райкомом партии, со знающим архитектором, на ящик коньяка, что кран у меня не упадет. Меня уверяли в обратном. Максимальный ветер, который у нас только был — 40 метров в секунду. С архитектором мы поспорили на 20. Мне легче — с ветром я работаю в авиации всю жизнь.

Двадцать метров задуло – я в окошко гляжу – памятник стоит. Но и смотреть не надо было: знаю, что не упадет. Через неделю прихожу в приемную, приношу доказательства на бумаге, в ответ: «нет, он все равно должен упасть! Тридцать метров!».

Дует тридцать метров. Снова приношу доказательства — такого-то и такого-то числа скорость ветра была 30 метров в секунду.

«При тридцати пяти упадет!».

Я спрашиваю: «мы спорили на 20 метров?! Спорили!». Но коньяк я свой так и не получил.

— А почему действительно не падает ваш памятник?

— Памятник никак не может упасть, потому что я с разрешения наших военных десять контейнеров по одной тонне каждый, закопал в землю, в металлические балки вставил 20-метровые рельсы от узколейки, такие со времен чукотского ГУЛАГа на нашей территории оставались и никаким ветром это сооружение согнуть невозможно!

ИЛ-14 на мысе Шмидта, установленный с третьей попытки

А этот самолет, который теперь стоит на Шмидте – третий по счету – выделили по письму министра ГА СССР Бугаева — «за упорство — авиадиспетчеру Дунаеву Ю.А. в создании музея и сохранения памяти Гражданской авиации».

История про самолет

— На ИЛ-14 в Советский период летали на северах очень активно. Но не только летали, но списанные самолеты стояли во многих городских парках на материке, но только не у нас. А почему у нас не может стоять? Тем более, что именно на этих самолетах осуществлялось освоение Арктики, спасение происходило тоже на самолетах этой модели.

И я стал писать письма – каждый год отправлял по 10-15 писем в Министерство гражданской авиации. Приходили ответы: «ваш вопрос рассматривается». И я все-таки дописался, но не знал об этом. Проходит восемнадцать лет, прихожу на работу, вызывает начальник аэропорта: «Что, дописался? Ты ИЛ-14 просил?! Прилетел твой самолет!».

А работали мы сутки — через двое, и пока я отдыхал, самолет на мыс Шмидта действительно пригнали.

Ну, сняли мы всю летную аппаратуру с самолета и поставили в поселке. И я улетел в отпуск. Возвращаюсь, захожу домой, штаны еще не снял, телефон у нас домашний стационарный — с тридцать седьмого года стоял: «Дядя, Юра, твой самолетик горит!» «Как горит?!» «Да, там Васька и двое взрослых его подожгли!»…И самолет мой действительно весь сгорел.
Сел я за стол, и стал заново свои письма писать. И снова дописался — пригнали на Шмидт второй самолет.
— Сколько лет на этот раз прошло?
— Пять-семь лет, я точно не помню. Я в эту смену работаю, сажаю самолет, бегу к нему. Но  поступает команда: ледовая обстановка очень сложная, а авиационный ресурс «моего» самолета позволяет еще двенадцать часов отлетать, и машину заправляют топливом, и отправляют в полет. Взлететь Ил, взлетел, но из-за чрезмерной заправки топливом и перегрузки в лагуну и сглиссировал, там он и скрылся. Обошлось без жертв. Вызвали военных, подогнали танки, и тросами самолет вытащили на сушу. Но у морской воды есть одна особенность, если какая-то либо деталь один раз побывает в соленой воде, со временем соль съест ее всю. То же самое произойдет и с самолетом, установленным на постамент. А самолет-то не игрушечный, при случае и придавить может. И я не стал рисковать человеческими жизнями и своей репутацией.

А этот самолет, который теперь стоит на Шмидте, третий по счету, выделили по письму министра ГА СССР Бугаева – «за упорство – авиадиспетчеру Дунаеву Ю.А. в создании музея и сохранения памяти Гражданской авиации».

Шмидт

— Джеймс Кук в 1778 году открыл эту землю и назвал ее Северный мыс. Именно так – «Северным мысом». В 1934-м землю году переименовали в честь Челюскинской эпопеи — назвали в честь Отто Юльевича Шмидта. Я считаю, что эта память должна сохраниться. А новая молодая власть хотела поселок закрыть. Но — спасибо большое жителям поселка «мыс Шмидта» — тридцать семь семей там теперь прописаны. 

Ситуацию поддержало и наше Министерство обороны, которое решило два дома в поселке реставрировать, сохранить котельную, взлетно-посадочную полосу и аэропорт.

Памятник маякам

— 2012 год, «МИ 8» — командир экипажа Владимир Кохан и второй пилот Попов Сергей, борт-механик Хиллов Владимир – делали плановый облет с проверкой маяков, установленных для ориентации и прохождения морских судов вдоль побережья Чукотки, и над поселком Биллингс гражданская машина горит и разбивается. Погибает бортмеханик, и гибнут инженеры — отец с сыном, которые занимались установкой этих маяков. Я захотел поставить памятник в честь этого и других экипажей, которые работали на Севере, в честь людей, которые занимались установкой маяков. Биллингс в то время принадлежал нашему району. И я это сделал в 2014-м году.

Памятник Нордшельду в Рыркайпии

Памятник Нордшельду был поставлен в пику российскому телевидению, утверждавшему, что это мы открыли Северный морской путь

Нордшельд в Арктике

Памятник Нордшельду был поставлен в пику российскому телевидению, утверждавшему, что это мы открыли Северный морской путь. Может быть в те далекие времена так и было, но нигде об этом не упоминается. Зато у Дежнева, Биллингса, Крузеншетрна говорится прямо противоположное. И достоверно известно, что Нордшельд был первым, кто проплыл весь Северный морской путь вплоть до Берингова пролива.

В строительстве памятника помогали старатели: сварка — водка, в качестве оплаты. И спустя какое-то время наши местные жители узнали наверняка, кто действительно был первооткрывателем.

Нордшельд останавливался в Певеке, а в районе Северного мыса был зажат льдами и дрейфовал, пока не был выпущен из плена, как и Кук.

Памятник построен в виде глобуса — континенты, моря, океаны, Северный ледовитый океан, нанесенный траекторией Северный морской путь, якоря, цепи.

Шар — глобус достался по случаю — наши военные обнаружили в море буй, думали, что иностранная разведка запустила и начинила сканирующей аппаратурой. Проверили на месте — буй пустой. И мы этот буй воздушным экипажем полетели и забрали. На суше снова передали военным для проверки, а потом «земной шар» из него я и сделал. Простая идея и простая конструкция.

Наши военные обнаружили в море буй, думали, что иностранная разведка запустила и начинила сканирующей аппаратурой

Памятник международной экспедиции на мысе Шмидта

Я ничего не получаю, но мне всегда задают подобные вопросы и надеются на положительный ответ. Особенно это касается памятника иностранным гражданам на Косе двух пилотов

«ТрансСибирь - Ложен»

Памятник международной экспедиции «ТрансСибирь-Ложен», вылетевшей на маршрут мыс Шмидта — Лаврентия в  1993-м году, был установлен в нашем аэропорту в 1995-м. До пункта назначения вертолет не долетел — на траверсе Ванкарем-Нутепельмен вертолет с членами экспедиции разбился. В авиакатастрофе погибло восемь человек. Это период властвования Бориса Ельцина — и тогда же была дана команда «чукотскому автономному округу установить что-то вроде памятника». 

Из бронированного лобового стекла самолета ТУ-16 и бетона я его и монтировал. Внутри памятника установил сквозной крест, восемь шлифованных полудрагоценных камней – по количеству погибших в авиакатастрофе.

— Деньги вы получаете за свои памятники?
— Я ничего не получаю, но мне всегда задают подобные вопросы и надеются на положительный ответ. Особенно это касается памятника иностранным гражданам на Косе двух пилотов. 
 

Юрий Дунаев в Рыркайпии

Я подписывал на мешках большими буквами:  «Ванкарем», «Биллингс», «Нутепельман», «остров Врангеля», подходил к экипажам «АН 2» и эти мешки в самолет забрасывал

О благотворительности на Чукотке

У меня трехкомнатная квартира в Рыркайпии всегда была битком забита — американцами, англичанами, русскими, эскимосами и чукчами. Американцы, англичане и шведы дают мне доллары. Это еще в Советском Союзе. Но я говорю: «вот мальчишки на улице — эскимосы и чукчи, а вот магазин – идите и купите им что-нибудь!» И они уходили и покупали. А райком партии каждый год  заказывал вертолет-самолет, чиновники загружали туда три-четыре мешка с детскими игрушками-елочками, летали по северным нашим поселкам, и на фоне подарков фотографировались. 

Мне же люди сами несли вещи — валенки, унты, перчатки, сало и конфеты, я подписывал на мешках большими буквами «Ванкарем», «Биллингс», «Нутепельман», «остров Врангеля» — подходил к экипажам «АН 2» и эти мешки в самолет забрасывал.

О времени

— С какими проблемами сталкиваются ваши произведения на Чукотке?
— Каждые пять лет я крашу памятники, навожу порядок. На Косе двух пилотов декоративным элементом является цепь. Тридцать метров мне пришлось спрятать – закопать – на случай, если и там произойдет какая-либо кража. И после приезда каждой туристической группы, приходится брать лопату и выравнивать площадку в районе стелы.

У «ТрансСибирЛожен» цепь в свое время украли. Кому и зачем она могла понадобиться, я не понимаю. Обратились бы ко мне напрямую, я бы отдал: с цепями на нашем побережье вообще нет никаких проблем.

Но мои личные материальные возможности не безграничны. Краска, которая сохранилась еще с советской поры, вся закончилась. Новую не выдают. 
По российскому законодательству — только памятники, простоявшие более пятидесяти лет, могут быть взяты государством на баланс.

Сегодня статус исключительного произведения имеет только стелла «180 меридиан» — единственная на Планете (об этом мне сказала на третьей нашей и последней встрече путешественник и исследователь Юрий Александрович Сенкевич), на Чукотке ее включили «Наследие Чукотки».

Иностранные же путешественники — японцы, англичане, американцы, шведы, немцы и голландцы все удивлены, что в одном поселке на Северном мысе собрана и представлена вся история Арктики. 

АЛСИБ на Шмидте

«АЛСИБ» на Шмидте

— Памятник АЛСИБ — 42-й год, когда наши летчики стали перегонять с американского континента авиационную технику. Во время эти перегонов погибло 27 человек американских пилотов, и 107 советских летчиков. На лопастях, установленных в основании памятника, будут написаны фамилии всех погибших летчиков. Список мне уже прислали: 26 октября состоялось заседание Русского географического общества, на котором и была утверждена модель этого памятника.
— Кто вам помогает в осуществлении этой идеи?
— Здесь на Чукотке помогает строительная компания «РУСАЛЬЯНС», на территории которого и ведется монтаж конструкции «АЛСИБ». Вы, кстати, первый человек на Шмидте и в Рыркайпии, который видит эскиз этого памятника. Военная территория закрытая и только при содействии Министерства обороны удалось договориться об этом сотрудничестве со строителями. Сварочными работами я могу заниматься и самостоятельно, но лучше, когда работой занимаются профессионалы.

Якорь есть, цепи есть, наверное, как у Джеймса Кука, у Биллингса был такой же костюм, была такая же треуголка на голове

Новые идеи

— Хочу поставить памятник мореплавателю Биллингсу. Но нет лица этого человека, портрета в истории просто не существует. И моя задача сделать памятник без лица, но должен быть обозначен силуэт Биллингса. Якорь есть, цепи есть, наверное, как у Джеймса Кука, у Биллингса был такой же костюм, была такая же треуголка на голове. Когда это произойдет, я сказать не могу. 

АШ послесловие: в 2017-м году Джеймс Кук Юрия Дунаева имел шанс попасть на первое российское триеннале в «Гараже», об этом случайно я прочитал в интернете: «шестеро кураторов (редко такому числу творческих людей удается договориться о теме и методе) побывали во всех федеральных округах и нашли авторов в самых отдаленных уголках России. Один из участников триеннале, скульптор-­самоучка Юрий Дунаев, живет в вымирающем поселке на Чукотке и устанавливает там памятники из металлолома. Монумент Джеймсу Куку он сделал, сварив лопаты и снегоуборочный грейдер, а по бокам установил якоря. Несколько наивная манера Дунаева полностью компенсируется масштабом и фактурностью скульптур и, безусловно, контекстом территории, где установлены монументы», — отмечает куратор Андрей Мизиано».

Мизиано до Шмидта конечно не долетел и не смог во всей красе насладиться дунаевским Куком и мастерством непрофессионала. Может быть по этой причине, может по другой — работа Юрия Дунаева ни  фрагментом, ни фотографией или сканом на триеннале не попала, и по-прежнему украшает забытый богом и районной администрацией замороженный мыс Шмидта. Что произошло с Юрием Дунаевым за прошедший год — отдельная и не самая веселая история.